Интернет библиотека во славу святого Таксиля (leotaxil.ru)

«Забавное Евангелие» Лео Таксиль



Нашли что - то интересное?
Сделайте отметку об этом с ссылкой на эту страницу в пару кликов, чтобы не забыть что и где:

Можно не бояться захломить многочисленными постами из книги свою стену в соц. сетях. Ведь потом из всех этих сообщений можно сделать один пост или статью, а все лишние сообщения удалить!
Предыдущая страница <<< Обновить страницу ( 1 207 ) ::: Оглавление >>> Следующая страница

Перейти к аудио записи главы ::: Включить автоматическое воспроизведение

Глава 29.

ПЕРВАЯ ПРЕМИЯ ЗА ПОДЛОСТЬ.

  После сего Иисус вышел, и увидел мытаря, именем Левия, сидящего у сбора пошлин, и говорит ему: следуй за мною.
И он, оставив все, встал и последовал за ним.
И сделал для него Левий в доме своем большое угощение; и там было множество мытарей и других, которые возлежали с ними.

Лука, глава 5, стихи 27-29.

      Обычный эскорт ходячего Слова состоял всего из шести учеников. Вскоре к ним присоединился седьмой.
      В те времена, когда, по уверениям евангелия, происходили фантастические приключения, составляющие пресловутую жизнь Иисуса, Иудея, как я уже говорил, была под властью римлян. Победители учреждали во всех завоеванных ими странах должности сборщиков дани, которую должны были выплачивать побежденные.
      В стране Иакова таких сборщиков называли мытарями.
      Вначале это слово обозначало римских всадников, бравших на откуп налоги той или иной провинции.
      Какой-нибудь римский богач приходил к императору и говорил ему:
      - Послушай, не согласишься ли ты дать мне на полный откуп налоги с такой-то провинции? Какой бы ни был год, хороший или плохой, ты будешь получать по миллиону, а кроме того, избавишься от всяких административных хлопот. Дело стоящее! Я тебе ежегодно плачу миллион, беру на себя все расходы по управлению, а ты мне подписываешь мандат на право собирать налоги и подати от имени Римской империи.
      Как правило, цезарь заключал сделку.
      Нетрудно представить, что каждый такой откупщик выжимал из населения провинции все соки, стремясь получить как можно больший доход.
      В тех случаях, когда речь шла о более значительных провинциях, дело ставилось на широкую ногу, и в нем участвовали целые финансовые объединения. Эти объединения, или компании, держали в Риме своих официальных представителей, а на местах по всей откупленной провинции - мелких сборщиков, следивших за ввозом и вывозом облагаемых налогом товаров и определявших - более или менее справедливо - их стоимость. Именно таких сборщиков, своего рода фискалов римского цезаризма, евангелисты и называют мытарями. Обычно на эту должность назначали уроженцев завоеванной провинции. Зная язык, обычаи и ресурсы своей страны, они справлялись со своими хлопотливыми обязанностями гораздо лучше иностранцев.
      Должность мытаря, между нами будь сказано, считалась не очень-то почетной. Занимали ее люди, не слишком любившие свою родину, ибо им вменялось в обязанность выжимать из народа последние соки, чтобы набивать мошну иноземного деспота. В Иудее мытари пользовались примерно такой же популярностью, как финансовые инспекторы, которые вздумали бы сегодня драть с французов налоги в пользу немецких пушечных королей.
      Всеми презираемые и ненавидимые, эти мытари, как нетрудно себе представить, вряд ли могли считаться цветом нации; чаще всего их вербовали среди самых последних подонков, готовых за чечевичную похлебку предавать интересы родной страны. Вполне естественно, что подобные люди не останавливались ни перед каким произволом и злоупотреблениями. Система откупов вырождалась в систему поборов, а слово "мытарь" вскоре сделалось синонимом "грабителя". Цицерон без колебаний называет откупщиков или мытарей, "самыми гнусными из людей" (De officiis I, 42). Известный греческий писатель Стобей говорит о них как о "медведях и волках в образе человеческом" (Беседы 2, 34). Одним словом, евреи смотрели на мытарей как на выродков, стоящих ниже преступников и продажных девок. Справедливости ради должен добавить, что к этому у них было достаточно оснований.
      Так вот, именно среди подобных отбросов сын голубя и отыскал своего седьмого ученика. Ему было обидно, что их всего шесть, и он уже давно говорил себе, что пора укомплектовать штат апостолов до круглой дюжины.
      С этой целью Иисус начал посещать все злачные места Капернаума.
      Прежде всего он обошел самые подозрительные кабаки. С величайшим вниманием приглядывался он к завсегдатаям этих притонов, вмешивался в их разговоры, и тогда, между двумя стаканами терпкого пойла, возникали диалоги вроде следующего:
      - Как твои дела, приятель? - спрашивал Иисус.
      - Мои дела? Вы хотите сказать, как идут делишки у моей малютки Сидонии?
      Да неплохо? Не прошло и двух лет, как я пустил толстушку в ход, и она еще сделает себе карьеру... На прошлой неделе подцепила одного хрыча - сенатора... Да вот беда: старый козел ревнив как тысяча чертей!
      - Значит, у тебя самого нет определенных занятий?
      - Есть-то есть, да только сейчас в наших занятиях временный застой... Должен вам сказать, нынче развелось столько болванов, которые лезут очертя голову в политику, что правительство всю полицию поставило на ноги... Попробуй-ка высунь нос на большую дорогу - сразу налетишь на представителей власти! А те, чтобы оправдать свое жалованье, сегодня не брезгуют и нами, грешными, когда не удается схватить за ворот заговорщиков.
      - Чем же ты занимаешься?
      - Мы работаем по караванам.
      - А заодно поставляем девочек, если не ошибаюсь?
      - Всегда к вашим услугам, сударь.
      Иисус с восторгом смотрел на своего собеседника и говорил про себя:
      "Ловкая каналья, ничего не скажешь! Я бы с удовольствием его окрестил и сделал своим апостолом. Думаю, остальные ученики тоже не стали бы возражать. Однако поищем еще; авось найдется что-нибудь получше этого прощелыги. Кто ищет, тот всегда найдет!"
      И он продолжал свои поиски по всем городским вертепам.
      Наконец однажды на берегу озера Иисус наткнулся на подслеповатую лачугу с вывеской: "Налоговая контора"(в аудио "Таможня"). Здесь было пристанище капернаумских мытарей.
      Миропомазанный затесался в компанию этих мерзавцев, поговорил с одним, с другим. Внимание его привлек некий Левий. Он его расспросил. Отец Левия, небезызвестный Алфей, с ранних лет научил своего сынка всевозможным пакостям и воспитал из него законченного негодяя. Трудно было вообразить человека, который бы мог опуститься ниже этого Левия, запятнанного всеми мыслимыми преступлениями. Если бы в Иудее объявили конкурс подлецов, он наверняка получал бы первую премию каждый год.
      Сутенер, мошенник и осведомитель, он воплощал в себе все грехи и пороки: второго такого подонка не легко было сыскать. А теперь он дошел до последней ступени низости и предательства: будучи евреем, Левий служил врагам своей родины.
      "Именно такой апостол мне и нужен!" - подумал Иисус.
      И, не тратя лишних слов, тут же изложил достославному Левию свою программу.
      Когда с этим было покончено, Христос спросил:
      - Ну, что ты об этом думаешь? Хочешь вступить в мою компанию?
      - По рукам! - ответил мытарь. - Твои мысли - мои мысли. Я согласен.
      - Превосходно! В таком случае следуй за мной.
      - Иду.
      Мытарь поднялся, пожал руки своим коллегам и вышел вместе с Иисусом. По настоянию последнего он сменил имя. С того дня Левий превратился в Матфея. Именно эта почтенная личность и сочинила, как уверяют, одно из четырех евангелий. (Смотри евангелия от Луки, глава 5, стихи 27-28; от Марка, глава 2, стихи 13- 14; от Матфея, глава 9, стих 9).
Предыдущая страница <<< Обновить страницу ( 1 207 ) ::: Оглавление >>> Следующая страница

     Все страницы на одном файле (откроется в новом окне)     

Дополнительные материалы к главе 30:

Аудиозапись главы

   Слов: 1 207



www.leotaxil.ru- Интернет библиотека во славу святого Таксиля - величайшего писателя всех времен и народов. Действительно образец литературы достойной подражания который вправе называться классикой! Не то что унылое г***о которое обычно называют классикой сейчас. А на самом деле просто попса своего времени и евангелие для атеистов.