1. В том, что касается определения времени «захода солнца»: некоторые мудрецы утверждали, что «заход солнца» — это, как принято считать сегодня, момент, когда солнечный диск скрывается за горизонтом; другие полагали (вслед за рабейну Тамом эту точку зрения одобрил и автор Шульхан-Аруха Йосеф Каро), что речь идет о моменте, когда солнце выходит наружу из толщи мифической стены небосвода; этот момент, по их расчетам, наступает примерно на час позже — уже в полной темноте.

2. В том, что до определения срока, когда «лицо востока красно»: по мнению мудреца Абайе, после захода солнца действительно следует смотреть на восток и проверять, покраснели ли небеса на востоке; но по мнению его оппонента Равы, следует смотреть в противоположном направлении — на запад; Рава интерпретирует слова барайты следующим фантастическим образом: «лицо [запада делает] восток красным»; таким образом можно переиначить любой текст на любой лад.

3. Едва ли корректно определить цвет неба во время заката как «серебряный». Понимая это, Раши прокомментировал термин «посе-ребриться» как «почернеть» — не объясняя, откуда взялся исходный термин.

Однако даже если отвлечься от цветовой гаммы, с текстом барайты далеко не все ясно. В частности, в том, что касается ситуации «посеребрилось снизу, но не посеребрилось сверху»: по мнению Равы, сумерками считается промежуток времени между заходом солнца и моментом, когда «посеребренной» (согласно филологической интерпретации Раши — почерневшей) оказывается нижняя часть небосвода; по мнению рава Йосефа, промежуток времени между заходом солнца и «покраснением востока» должен считаться днем, а сумерки начинаются лишь с момента «посеребрения нижней части небосвода». То есть — с момента, когда небо становится совсем черным!

Согласитесь, конструкция несколько путаная! На самом деле она еще и фактически странная, ибо, согласно упомянутой выше гала-хической системе, опирающейся на рабейну Тама, Шульхан-Арух и мифологическую космологию и не имеющей никакого физического смысла, пятница заканчивается, а суббота начинается не с заходом солнца или около того, а уже ночью — в полной темноте.

Но для студента егиивы этим дело не кончается. Путаные рассуждения амораев с неизбежностью влекут за собой целые тома, вернее сказать, целую пирамиду томов более поздних комментариев. Все это — чтобы договориться о старинных терминах, позволяющих, наконец, установить время наступления субботы во времена тан- (перенесено таннаев)