бракосочетания, происшедшего на глазах у единственного свидетеля.

Ученикам ответили: упомянутое разногласие между школами Шаммая и Гиллеля относится к другой ситуации: к случаю, когда разведенные супруги вошли в гостиничный номер одни, но на глазах у двух свидетелей, которые, однако, ничего не могут сказать о том, что происходило в номере. По мнению школы Шаммая, не следует опасаться того, что бывшие супруги совершили половой акт с целью бракосочетания, по мнению школы Гиллеля, следует считать, что они его совершили; в таком случае они могут стать свободными людьми, только если разведутся вторично.

Ученики продолжили: рассмотрим известную ситуацию, когда двое мужчин, женщина и чемодан были ссажены с борта корабля, прибывшего в Палестину из-за границы. Каждый из мужчин утверждал, что женщина — его жена, другой мужчина — его раб, а чемодан — его собственность. Женщина утверждала, что оба мужчины — ее рабы, а чемодан — ее собственность. Как известно, мудрецы постановили в этом случае, что женщина должна развестись с обоими мужчинами, поскольку неизвестно, за кем из них она в действительности была замужем. Несомненно, сказали ученики, это постановление — по своему смыслу — могло относиться лишь к случаю, когда налицо только один свидетель.

Им ответили: в таком случае женщина вообще не считается замужней и может выйти замуж за кого угодно без того, чтобы пройти предварительно процедуру развода. Мудрецы постановили, что она должна развестись с обоими мужчинами только ради того, чтобы она могла получить свою долю от содержимого чемодана, на который претендовала, — эта доля перейдет ей как выплата по брачному контракту (кету бе).

В итоге ученики пришли к выводу, что для заключения брака непременно требуются два свидетеля; когда свидетель только один, то даже если обе стороны признают, что брак был заключен, он объявляется недействительным.

Вавилонский Талмуд, трактат Кидушин 65а-65б