убиение должно совершаться на органе, из которого вытекает жидкость; ясно, что это горло, из которого вытекает кровь.

Мудрецы возразили: почему это не нос, из которого вытекают различные выделения?

Им ответили: жидкость должна вытекать вследствие разреза, а из носа выделения вытекают без всякого разреза, сами собой.

Мудрецы снова возразили: быть может, органом, на котором должно совершаться убиение, является сердце, из которого кровь польется-таки после разреза?

Это возражение было принято: действительно, невозможно привести аргумент из Библии, доказывающий, что убивать животное нужно, перерезая ему горло; этот закон был передан нам изустно от древнейших поколений.

Один из мудрецов Мишны, рабби Ишмаэль, также попытался найти источник закона о перерезании горла непосредственно в Торе. Он вернулся к уже упомянутому стиху: «И зарежет (шахат) тельца» (Левит 1,5). Слово шахат можно с некоторой натяжкой (с подстановкой буквы син вместо родственной буквы шин) заменить словом сахат. Слово сахат разбивается на две части: сах и хат. Сах естественно истолковывается как речь, издавание звуков, хат — как очищение. Отсюда следующая интерпретация: убиение должно производиться на органе, при посредстве которого животное издает звуки; ясно, что это горло.

Мудрецы возразили: почему не язык? Ведь язык, как и горло, издает звуки!

Им ответили: язык не подходит, ибо даже если его отрезать, животное не умрет.

Мудрецы вновь возразили: быть может, следует начать убиение животного с отрезания языка и продолжать резать до тех пор, пока дойдут до органа, повреждение которого станет причиной смерти?

Это возражение было принято: действительно, невозможно привести аргумент из Библии, доказывающий, что убивать животное нужно, перерезая ему горло; этот закон был передан изустно от древнейших поколений.

Вавилонский Талмуд, трактат Хулин 27а