Один из мудрецов, рав Йосеф, сказал, что вручение свитка Торы не может считаться заменой [вручения] обычного разводного письма (гета) (так что супруги остаются неразведенными). Вот его аргументы.

Не стоит предполагать, что муж написал установленный законом текст гета на обратной стороне свитка Торы невидимыми чернилами или чернилами, имеющими цвет пергамента — ведь гет, написанный невидимым или неразборчивым письмом, недействителен, не следует принимать всерьез и гипотезу и том, что муж предполагал использовать в качестве разводного письма текст, содержащийся в самой Торе (и следовательно, наличествующий в свитке), именно, слова «И напишешь ей разводное письмо» (Второзаконие 24,1), поскольку, согласно закону, гет должен быть с самого начала написан с целью развода, причем развода персонального — с данной конкретной женщиной.

Поскольку писец, изготовивший свиток Торы, в момент, когда писал эти слова, не имел в виду развод с указанной женщиной, его произведение не может быть использовано как гет. Кроме того, не следует опасаться, что муж с самого начала заплатил писцу за то, чтобы тот писал эти слова, имея в виду собственный развод, ибо этого в любом случае недостаточно — согласно закону, гет должен включать имена разводящихся мужа и жены, которых, естественно, нет в тексте Торы.

Мудрецы спросили: для чего рав Йосеф привел все эти аргументы — ведь и так совершенно ясно, что свиток Торы не может служить гетом?

Им ответили: мудрец хотел сообщить, что гет, написанный невидимыми чернилами или неразборчиво, является недействительным. Все остальные аргументы неинформативны.

Вавилонский Талмуд, трактат Гитин 196—20а